Тим Ганн делится, почему он был целибатом более 4 десятилетий: "У меня были очень серьезные девятилетние отношения в Вашингтоне, и я глубоко любил этого человека и сделал бы для него все […] Одно из вещей, которые он сказал мне той ночью, было то, что он спал почти со всеми, кто проходил мимо. А я был верен и предан ему. Он был единственным человеком, с которым я когда-либо был. Самосожаление тогда переросло в совершенно неукротимую ярость, потому что я думал, что он мог дать мне смертный приговор [так как это был пик эпидемии ВИЧ/СПИДа]."